В течение всех первых месяцев 2026 года, в ситуации, когда Трамп разными способами заходит (или собирается зайти), не вытерев ноги, в воображаемые зоны интересов Путина — Венесуэлу, Иран, Кубу — наблюдатели задаются вопросом: почему молчит Путин, почему не отвечает Соединенным Штатам?
Для выполнения этих функций — с использованием языка советской прессы конца 1940‑х годов или диалекта сегодняшних социальных сетей — существуют чиновники типа М. В. Захаровой, С. В. Лаврова и Д. А. Медведева. Не царское это дело, во‑первых. Во‑вторых, Путину нужен Трамп, очень нужен — как единственный посредник в том, что условно называется «переговорами» с Украиной. Точнее сказать, партнер в затягивании «переговоров».
«Доктрина Путина — 2025», плавно перетекшая в 2026‑й год, предполагает продолжение боевых действий без окриков со стороны Вашингтона и выстраивание работы с командой Трампа таким образом, чтобы создавалось впечатление неуступчивости прежде всего украинской, а не российской стороны.
На народном языке, столь любимом Путиным, это называется «разводкой». Другой разговор, это уже дело Трампа — делать вид, что он всерьез воспринимает игру своего российского контрагента, или время от времени отвечать ему опосредованным образом, как в летней истории с повышением тарифов для Индии: виноват Путин, а ответит за него Моди. Наконец, есть третий фактор, почему Путину нужен Трамп: следует ковать железо, пока этот самый специфический президент в новой и новейшей истории Штатов находится у власти.
Режиму Путина нужны деньги — нефтегазовая рента работает плохо, тем более в условиях санкций. Без ренты полутоталитарная-полуавторитарная модель существовать не может, особенно в ситуации, когда нужно одновременно питать безумными деньгами ВПК и покупать лояльность населения в условиях двузначных инфляционных ожиданий.
Рентой были нефть и газ. Сейчас рента — ужесточение налоговой политики, в качестве нефти выступают подданные (от слова «подать») РФ. Но это хилая рента, потому что в соответствии с кривой Лаффера при избыточном налоговом бремени поступления не увеличиваются, а уменьшаются, агенты же рынка начинают продавать товар преимущественно за наличные и вообще уходят в тень. (Налоги можно собирать, когда растет экономическая — не путать с бюджетной накачкой непроизводительных секторов типа ВПК — и инвестиционная активность, а она падает.) Значит, нужны договоренности с США по поводу всяких сделок, хоть по Арктике, хоть по редкоземельным металлам. Это дорого, но бизнесы, приближенные к Трампу, Уиткоффу, Кушнеру, можно раскрутить. С российской стороны «присосутся» «обычные подозреваемые» — аффилированные с Кремлем сверхбольшие как бы бизнесы. Что-то перепадет бюджету, то есть связанным с СВО и ВПК слоями населения. А также удастся достроить ВСМ Москва–СПб и элитный яхтенный комплекс в том же Петербурге, пользоваться которым, впрочем, практически некому, но кого это волнует.
Трамп упорно подыгрывает Путину даже в ситуации, когда российская разведпомощь иранцам очевидна. Американский президент откровенен — ну помогает, да и бог с ним. Я же, в смысле Трамп, не спрашиваю у него, в смысле Путина, разрешения на похищение Мадуро, удары по Ирану и угрозы Кубе.
Два лидера нового типа квиты. Почти баланс начала 1970‑х, когда Вьетнам или война Судного дня напрягали отношения между сверхдержавами, но не портили их. Правда, тут есть принципиальная разница: Трамп и Путин — не Никсон и Брежнев, которые по-настоящему хотели мира, разрядки и баланса сил, Рубио — не Киссинджер, Лавров — не Громыко. И, извиняюсь за выражение, посол РФ в Вашингтоне Дарчиев — не посол СССР в США Добрынин. К тому же и ближневосточный конфликт‑1973 удалось купировать быстрее, чем нынешние разгорающиеся противостояния, и войну во Вьетнаме закончили, а уж детант с сегодняшними неуклюжими комплиментами по линии Путин–Трамп решительно несравним.
В. Путин и Д. Трамп. Встреча на Аляске, август 2025 г. Сергей Бобылев / POOL / ТАСС
Путин, быть может, и слабый стратег — свою СВО он начал без долгосрочного (и даже среднесрочного) целеполагания, цели и задачи за четыре года яснее не стали, но принимать тактические подарки, особенно от Трампа, умеет. Экс-владелец конкурса красоты «Мисс Вселенная», фигурант файлов Эпштейна и 47‑й президент США мало того что позволяет Путину продолжать боевые действия, он еще и отвлекает внимание от украинского конфликта своими выпадами в сторону то Гренландии, то Венесуэлы, то Ирана. Путин не мешает Трампу разрушать миропорядок — это в его интересах. В конце концов источником эпидемии разрушения гуманитарных принципов второй половины XX века и «правил», содержащихся в Уставе ООН и Декларации прав и свобод человека и гражданина, стало 24 февраля 2022 года, и Трамп вместе с другими коллегами вроде Си лишь продолжает придерживаться новой генеральной линии. То, что делает президент США, становится своего рода топливом для московского whataboutism’а — смотрите, все делают это, Штаты не могут запретить нам ковырять в носу. Смотрите, не только мы увязли в конфликте: на наших глазах увязает и Трамп всемогущий.
Но есть и еще один подарок, правда, время действия подарочной карты, возможно, ограничено. О чем совершенно не стесняясь — наступило время новой искренности — говорил Путин на срочно собранном 9 марта совещании, как сказано в релизе пресс-службы Кремля, «о ситуации на мировом рынке нефти и газа».
«Совещание о»! В самом названии — восторг. Трамп взорвал ценовую конъюнктуру, а Кремль потирает руки. Но, откровенно говорит Путин, надо ловить момент — пока цены на сырье старого уходящего типа высоки, нужно срочно продавать, продавать, продавать! И напоминать, какие мы «надежные поставщики», что хорошо понимают товарищи из Венгрии и Словакии. Стратегия ничто (Путин так и не поверил в энергетический переход и никогда не поверит — это долгосрочная и усугубляющаяся проблема России), тактика — все: «...российским энергетическим компаниям важно использовать текущий момент, в том числе для того, чтобы дополнительную экспортную выручку направить на снижение своей долговой нагрузки, задолженности перед отечественными банками». Уклончивая словесная эквилибристика, за которой стоит простой тезис — пока есть возможность, пока Трамп дурит, надо накачать военный бюджет дополнительными даровыми доходами.
Какая уж там помощь Ирану, невыполнение своих стратегических партнерских обязательств (которые практически никем и никогда, не только путинской Россией, толком и не выполняются) — тут пошел нефтяной нерест, надо ловить момент, попутно надувая щеки и разглагольствуя устами второстепенных чиновников о нарушении американцами международного права. Международное право? А что это такое? Не больше, чем римское право времен варваров, вандалов и распада Римской империи, то есть тогдашнего мирового порядка...
Так что Трамп и Путин будут продолжать упорно терпеть друг друга. Для Трампа Путин не аятолла или латиноамериканский лидер, а серьезный игрок, наследник сверхдержавы — с ним можно и поиграть в прокси-войну, и поработать над «остановкой восьми войн», продолжая и стимулируя новые конфликты.
Правда, чтобы раскрутить Трампа на «бабки», недостаточно политического туризма Уиткоффа–Кушнера–Дмитриева. Нужно мирное соглашение по Украине. Но об этом они поговорят позже. После того, как станет понятно, насколько глубоко увяз Трамп в иранской трясине. Еще одна маленькая победоносная война... Маленькая победоносная Третья мировая...
* Андрея Колесникова Минюст РФ считает «иностранным агентом».